А журналисты, нельзя было не отдать им должное, здорово набрались. Неподалеку топтались несколько человек, хваставших друг перед другом своей компетентностью и уровнем проникновения в высшие сферы.

— Эка невидаль — администрация президента, — презрительно сказал спецкор «Комсомолки». — А вот кто, например, разбирается в странах бывшей Югославии?! Тут же сам черт ногу сломит! Кто из них кто? Где там мусульмане, где христиане? И вообще, где они все расположены?!

— Это-то как раз несложно, — пробормотал Турецкий и потыкал пальцем в воздух: — Тут Сербия и Черногория. Там Хорватия… Здесь Босния, Герцеговина. А вот тут Словения…

— А ведь похоже!

Журналисты посмотрели на воображаемую карту и заржали. Вспомнили о присутствии знаменитого следователя и оживились.

— Александр Борисович, какие планы на будущее? — раздался вопрос.

Турецкий скривился:

— Слушайте, ребята, я же не писатель и не рок-звезда…

— И все-таки?

Стало тихо, и было слышно, как Турецкий вздохнул.

— Ну, может, куплю себе небольшой ресторанчик… Фастфуд.

— Правда?!

— Знаете, как говорят? Правительства приходят и уходят, а «макдоналдсы» вечны.

Журналисты снова засмеялись и больше с вопросами не лезли. И на том спасибо.

— Александр Борисович, иди сюда! — отсалютовал рюмкой знакомый обозреватель широкого профиля Виктор Кречетов. Они с Турецким иногда делились друг с другом информацией, и не без обоюдной пользы.

Александр Борисович сделал было вялое движение навстречу Кречетову, но и то не вышло, потому что на руке вдруг повисла блондинка неопределенного возраста. Турецкий посмотрел на нее вопросительно, и блондинка интимно проворковала:

— А правду говорят, Александр Борисович, что вы соображаете быстрее, чем компьютер?

— Соображать я сегодня больше не могу… — честно признал Турецкий.

— Очень мне надо, чтоб вы соображали, — прозрачно намекнула блондинка. — Это ж я — разговор поддержать. В смысле завязать. Точнее…